Алиса и Катя, 13 летние девочки подружки, то и дело смотрели на часы.
— Ну что, уже пора?
— Нет, нужно дождаться ровно трех часов, так было написано в той книге!
— А ты свечи взяла?
— Все взяла. И свечи и спички. И даже подгузник взяла, специально для тебя, ты все равно описаешься от страху! Хаха!
— Дура!
— Ладно, без обид. А твои родители точно не вернутся?
— Неее, они будут только утром, они же на даче!
— Вот и хорошо! Это будет чертовски классно и страшно!
— Не сомневаюсь!
— Кстати, осталось 5 минут, пойдем, все приготовим!
Катя взяла приготовленный пакетик со всем необходимым и, включив свет, зашла в ванную комнату. Алиса последовала за ней. Девочки, хихикая и веселясь, зажгли две свечи, которые поставили с обеих сторон от зеркала. Затем открыли книгу, установив ее так, что бы было видно текст. Катя высунула руку в коридор и, щелкнув выключателем, погрузила ванную комнату во мрак. Свечи отражались в зеркале, и было ощущение, что их не две, а четыре. Свет, был хоть и тусклый, но увидеть текст было не сложно. «Нужно взяться за руки» — шепнула Алиса и схватила подругу. Та, от неожиданности вздрогнула. Теперь, оказавшись в этом, продирающем до мозга костей, ужасном помещении, им было уже не до смеха. Но каждая хотела казаться смелой и виду никто не подавал. Не громко, хором, они начали читать текст их книги.
Текст на латыни давался криво и невпопад, хоть и написан был русскими буквами. Около пяти минут ушло у девочек, что бы дочитать текст до конца. После… повисла гробовая тишина. Подруги старались не дышать, чтобы не выдать своего волнения. Несмотря на замкнутое помещение, в воздухе что-то колыхнулось и пламя свечей задрожало. «Это ты, я знаю! Не дыши!» — зашипела Алиса. «Ничего подобного, я вообще дальше от зеркала, чем ты, так что не ври! Это ты дуешь на них!» — оправдываясь, шептала Катя. Что-то щелкнуло позади девочек, в районе стиральной машины. Подруги, бледные как лист бумаги, посмотрели друг на друга, а затем медленно повернулись в сторону, откуда донесся звук. Что-то щелкнуло еще раз и… засветившись ярким светом, завибрировал и заиграл мелодией Алисин телефон.
Сумасшедшее сочетание из Катиных визгов и дикого смеха ее подруги разразились по всей квартире. «Дура! Какая же ты дура! Я чуть в штаны не наделала!!!» — орала Катерина. Алиса, в ответ, держась руками за живот и гогоча, выползла из ванной, зажгла свет и доползла до кровати. «Я тебе этого никогда не прощу! Ты слышишь, никогда!». Но девушке было все равно, истерический смех продолжался, наверное, минут 10 и только потом она смогла успокоиться.
Убравшись в ванной комнате, девушки улеглись в кровать. На часах было уже почти 4 часа и хотелось дико спать. Поболтав еще с 5 минут, потушив ночник, они, наконец-то, уснули.
«Катя! Кааать!» — взволнованный голос подруги вытащил девушку из сладкого сна – «Кать, ты только не пугайся ладно? кажется, в квартире кто-то есть». «Ой, опять ты со своими шутками, отстань, дай поспать!» — булькнула в ответ та и, засунув голову под подушку, перевернулась на другой бок. «Я серьезно, я слышала, чьи-то шаги! Кать! Ну и дура! Я пойду посмотрю, а ты можешь и дальше быть такой дурой!» — Алиса встала с кровати и вышла в коридор. Катя, не желая окончательно просыпаться, решила не обращать внимание на выходки своей подруги, и вновь предалась сну.
Так и не успев уснуть, она почувствовала, что Алиса вернулась и, как-то не уклюже, врезавшись в кровать, легла рядом. «Ну что, без приведений?» — спросила она. В ответ ничего не последовало, но девушка была слишком уставшей и слишком хотела спать, поэтому, спустя секунд 30, окончательно провалилась в пучину сновидений.
«Девченки! Вы что, все еще спите? Ну, вы даете! Подъем!» — из коридора звучал голос Катиного отца. Дочь вскочила с кровати и, даже не глянув на подругу, крикнув: «Вставай, родители вернулись!», выбежала в коридор. «А где Алиса?» — спросила мама. «Да встает она, мы поздно легли вчера…». «Снова вызывали своих призраков? Вы чокнутые!» — у мамы было явно хорошее настроение. Она, разувшись и скинув пальто, зашла в комнату своей дочери.
Истерический женский крик раздался по квартире. Катя, вздрогнув от неожиданности, посмотрела на отца, который тут же бросился в комнату к своей жене. Катя стояла и, напуганными до ужаса глазами, смотрела в конец коридора, куда ушли ее родители. Отец, бледный и с огромными блестящими глазами вышел из комнаты первый. «Катя. Что произошло?» — дрожащим голосом спросил он. «В смысле, папочка? Я ничего не понимаю!» — уже плача ответила Катя. «Обувайся и надевай куртку, мы уезжаем.» — отец снова зашел в комнату, и вынес оттуда свою жену, которая была без сознания. Девочка плакала и пыталась добиться хоть каких-нибудь объяснений. Отец не обращал на нее никакого внимания. Уже почти выйдя в подъезд, Катя вдруг отдернула руку отца, которой он, держа ее, выводил из квартиры, развернулась и побежала в свою комнату. Отец, истошно закричав, что бы та не входила, побежал за дочерью, но не успел. Девочка, открыв дверь, вбежала вовнутрь. «Алиса?» — шепотом произнесла она.
Это было последнее, что она сказала в своей жизни. От увиденного, у девочки случился такой шок, что до конца своих дней она больше так и не заговорила. Тело ее подруги, все в крови, лежало на кровати. Из глаз торчали две свечи. Рот был порван, а из него торчала та самая книга. Все руки и ноги были переломаны. Живот вспорот, кишки разбросаны рядом. На стене, кровью, были написаны слова на латыни, те, что прочитали девочки этой роковой ночью.